мелким почерком на проездном билете
в то утро небо было долгим, акварельным, иссиня-серым, сильно разбавленным водой, с подтёками со стороны Екатерининского парка. пока светлели погашенные сном зрачки, за стеной вступало пианино: кто-то разучивал Сонату №14 Бетховена и она ещё ничего не знала о своём рельштабовском псевдониме "Лунная". потом меня до обеда затапливало полузабытьё – я была в нём маленькой, как крошка, зарывалась бесконечно в одеяло, как в лепестки огромного пиона, всё с кем-то говорила, говорила, слова рассыпались куда-то вверх, начинались письма в соседнюю комнату – а когда метание оборвалось, я узнала, что, кажется, никогда ещё не просыпалась такой совершенной на такие долгие десять минут. теперь мне известно наверняка: меня нельзя жалеть, меня надо любить.
![[info]](http://l-stat.livejournal.com/img/userinfo.gif){kind=small}
jazzzmarin) wrote,
